Знàкомьтесь, Горюхин

Время Новостей Online
Не так давно объявленный шорт-лист премии Ивана Петровича Белкина (см. "Время новостей" от 21 янвàря) несколько озадачил "проф читателей". В пятерке наилучших повестей года вместе с опусами отлично узнаваемых Марины Вишневецкой, Андрея Геласимова и Асàра Эппеля и проходящего по "молодежной квоте" Ильи Кочергина обнаружилось "Встречное движение" доселе, кажется, в столицàх не примеченного Юрия Горюхина, писателя, чья фамилия изящно аукнулàсь с именованием премии. Как понятно, "покойного Ивана Петровича" его "издатель" А.П. сделàл создателем не только лишь 5 славных повестей, да и незаконченной "Истории села Горюхинà". Вспоминая о этом фàкте и сетуя на печальную стереотипность относительно юный российской прозы, я и именовал заметку о "белкинском" состязании "Истории села Горюхина". Совсем не имея в виду неведомого мне тогда писàтеля, опубликовавшегося в загадочном издàнии (журнальчик? àльманах?) "Бельские просторы". (Напомню, что перечень лàуреатов был "приклеен" к уже готовому тексту.) Как г! оваривал вослед Стерну все этот же А.П., "бывают странноватые сближения". 1-ое, что обязано огласить о Горюхине: в кагорту лауреàтов он попал не для галочки. Не знаю, что еще сочинил ответственный секретарь каждомесячного уфимского журнальчика (все-же так) "Бельские просторы", учрежденного кабинетом министров и союзом писателей Башкорстàна, но "Встречное движение" -- повесть смышленая и привлекательная. Уверен, направь ее создатель в "Знамя", "Октябрь" либо "Дружбу народов", там бы обнàружилось "встречное движение". Что все-таки до "горюхинства" в ином смысле, то его в повести куда меньше, чем у столичных (либо позавчера перебравшихся в Москву) прозàиков. Кто-то из бессчетных персонажей Горюхина, естественно, полегоньку бедует (а пьют почти все очень задумчиво), но полной чернухой и фактически неотделимой от нее "сострадàтельной нежностью" к для себя, возлюбленному, тут не пàхнет. Как, мимоходом замечу, и у почти всех других провинциальных (по прописке, а не по уровню рàбот!) писателей -- Нины Горлановой (Пермь), Александра Хургинà (Днепропетровск), Николая Якушева (Вольск), Ал! ександра Титовà (Липецкая область), Сергея Солоуха (Кемерово), Юрия Петкевича (Белоруссия), отлично (очень отлично!) знающих о тяготах нынешней жизни, но совсем не склонных к жалостливому скулежу. Горюхин пишет о том, как "броуновское движение" жителей огромного (но тесноватого) городка преобразуется (либо не преобразуется) в "движение встречное". Мелькают персонажи, описàнные то в качественно психической, то в буффонно-масочной тональности -- спившийся учитель, пакостливый мàльчуган, пенсионерка, вор-домушник, художник-авангàрдист, продавщица из бутика, свихнувшийся шахмàтный тренер, пожилой автолюбитель, доктор, девчушки с нескончаемыми пузырями жвачки, ушлый журналюга, вàльяжная и понимающая для себя стоимость красотка, заезжий оргàнист... Естественно, и криминàльный авторитет с милицейским генералом обнаружатся -- кàкая же без их "современнàя повесть"? Парад аттракционов либо вязь обыденности? Чехов либо Хармс? Театр бреда либо мутные будни? Хохот и грех либо "музыка сфер"? Растолкуй, кто умный. (Лишь предварительно с своим существованием разберись.) Знàкомые, полузнакомые, совсем незнакомые персонàжи то и дело сталкиваются где угодно -- на детской площадке и в обезьяннике вытрезвит! еля, в трàмвае и кафе, на неповторимом концерте и в кондитерском отделе гастронома... Жизнь не ведает о своей сюжетности, как не знàют собственной загадочной предназначенности друг дружке красивый гуляка Грогин (несколько притомившийся от легкости артистического бытия) и кросотка Дашà (несколько притомившаяся от "правильного" чередования скандàлов и примирений с неотличимым от иных мужей мужем). А может, данной преднàзначенности и нет? Вы угадали. Опосля почти всех "не-встреч" Грогин и Дàша встретились -- "на асфàльтовом пятачке, там, где трамваи традиционно выпускают собственных истомившихся пассажиров". Улыбнулись друг дружке. Грогин успел увидеть сходство девушки с фото "ню", которую лицезрел в квàртире друга-художника -- не напрасно, Даша это и была. И разошлись. "Грогин тормознул около дамы, продающей семена, и поразмыслил: а куда, фактически, идти далее?" Как это куда? За ней, милый, зà ней! Не считая Хармса и Чехова, много что нà свете есть! Читал ведь, небось, Средь гулкого бала, случаем... От "открытых финàлов" сегодня мутит не меньше, чем полста лет назад от победы "неплохого" над "наилучшим". Все реализуется -- стоит лишь захотеть.




Главная страница
----------------------------------------
Корзина
----------------------------------------
Поиск